Великий паломник-16





Здесь приобретало цену не столько врачебное искусство,...

Здесь приобретало цену не столько врачебное искусство, сколько искус ство вписаться в разнаряженную толпу титулованных бездельников, ведущих светский образ жизни.

Это было мучительно, но что поделаешь, надо было приспосабливаться. Для Везалия было пыткой надевать придворный мундир, принимать участие в раутах, бывать на предусмотренных этикетом пышных императорских приемах, соблюдать установленные обычаи двора.

Его угнетала вся эта обстановка. Везалий со щемящим сердцем вспоминал о благодатном времени, проведенном в Падуанском университете.

Сколько он сумел сделать в Падуе! Вернется ли когда-нибудь то счастливое время?

Эта мысль ни на день не покидала его в период пребывания при дворе испанского императора. Однако и в этих условиях он не прекращал той работы, которой посвятил жизнь.

Все свободное время Везалий отдавал трактату "О строении человеческого тела". Вносил поправки, дополнения, уточнял то, что казалось ему не совсем убедительным.

Используя любую возможность, он занимался анатомированием. Но мысль, что он оторван от научных центров, что исследовательская деятельность стала для него побочным делом, угнетала Везалия.





Он мечтал вновь вернуться на научную кафедру. Но реально Везалий даже помышлять не мог о том, чтобы оставить Брюссель и перебраться в иное место, где смог бы заняться работой по душе.

Стоило ему оставить императорский двор, как инквизиция вновь проявила бы к нему интерес. Вот почему в самые тоскливые минуты жизни Везалий убеждал себя в том, что надо примириться с обстоятельствами.

<<< Назад | Далее >>>